С 27 августа в кинотеатрах можно посмотреть анимационную жемчужинку — «И наступит рассвет» Ёситоси Синомии. Фильм был представлен в основном конкурсе 76-го Берлинале, а также на главном фестивале анимации в Анси, где ему вручили приз жюри Contrechamp — секции, фокусирующейся на новаторских работах, раздвигающих привычные рамки. Киновед Валерия Куприна разбирается, что скрывает за собой богатый визуальный ряд и при чём здесь традиционная японская культура.
В маленьком городке Ниура стоит фабрика фейерверков семьи Обината, существующая вот уже 300 лет. Раньше местные жители всегда с нетерпением ждали ханаби тайкай — ежегодный фестиваль, где мастера традиционной пиротехники устраивали красочные шоу. Но теперь всё изменилось. Провинцию охватила пандемия реноваций. Прикрываясь заботой о безопасности и экологии, власти запустили проект по возобновляемой энергетике, за которым последовали вырубка лесов, иссушение залива и изъятие частной собственности ради установки солнечных панелей.
Спустя три года борьбы муниципалитет одержал верх. Конфискация фабрики запланирована на 31 августа — день проведения праздника фейерверков. Глава семьи Обината давно сдался, но его ученики — сын Кэйтаро и подмастерье Каору — не потеряли надежду. Вместе они взялись воссоздать легендарный «Сюхари» — фейерверк, чьи звуки и краски, по поверьям, способны заполонить всю Вселенную.
«И наступит рассвет» — режиссёрский дебют Ёситоси Синомии, известного зрителям по работе над фонами в таких проектах, как «Сад изящных слов» и «Судьба: Ночь схватки». Уже там была заметна его самобытность: художественный почерк Синомии считывался в детально проработанных задниках, отсылающих скорее к традиционной японской живописи, нежели к стандартной аниме-рисовке. Но ставить знак равенства между прошлыми произведениями других режиссёров и полнометражным фильмом собственного авторства не стоит. В «И наступит рассвет» нет ничего от Макото Синкая (сколько бы ни пытались приписать Синомии амплуа его ученика) или от знаменитой серии Такахиро Миуры. Это абсолютно уникальная работа, где визуальная составляющая очевидно перевешивает нарратив, но никоим образом не утончает смысл.
Вероятно, своей чуткостью и трепетностью «И наступит рассвет» обязан личной истории Синомии.
Действие фильма разворачивается в префектуре Канагава в вымышленном городке Ниура — если поменять первую букву, то выйдет Миура, город, в котором режиссёр родился и вырос.
Там стремительная урбанизация также привела к истощению прибрежной зоны и деградации морской экосистемы, из-за недостатка средств в городском бюджете фестиваль фейерверков был отменён, а сам Синомия не смог унаследовать семейное дело — рыболовство в открытом море. На этом чувстве несправедливости, сожаления и бесконечной любви (к дому, традиционной культуре, миру и мечтам) и строится полнометражный дебют художника.
Фильм проникнут вниманием к мелочам — деталям повседневности, которые обычно замыленным будничным взглядом не замечаешь. Так, в уличном цветочном горшке живут карпы кои и плавают маленькие кувшинки, а вода туда поступает из дождевого стока на крыше. Под центральной консолью в стареньком Nissan копятся влажные салфетки, визитки, шнуры для зарядки и скомканные бумажки. Дизайн локаций в принципе отличается такой насыщенностью, что периодически просто необходимо пользоваться функцией паузы — иначе совершенно невозможно рассмотреть весь кадр. Захламлённые комнаты полнятся кипами грязного белья, из упаковки торчат несколько чипсов, комнатные растения пестрят разноцветьем и неоднородной степенью пожухлости, а на книжных полках при желании можно вычленить каждый корешок с настоящим названием.
Визуальное решение «И наступит рассвет» часто напоминает колорскрипт — цветные наброски и ключевые кадры, которые призваны показать, как меняются цвет, свет и настроение по ходу развития истории. Синомия нарочно упрощает чардиз, делает персонажей такими же плоскими, как и задники, так что изображение нередко вызывает ассоциации с акварельными альбомами или книжными иллюстрациями. Здесь можно углядеть отголоски ранних работ Мамору Хосоды, хотя куда ближе фильм оказывается к нихонга — традиционной японской живописи.
Эта искусственность, очевидная «нарисованность» парадоксальным образом оказывается максимально приближена к жизни. «И наступит рассвет» кишит тихими пасторалями, где листья инжира, скальные утёсы и даже капельки росы на томатах будто сходят с настоящих фотографий.
При этом Синомия совсем не боится смешивать разнообразные техники. Так, аниме стилистика нет-нет да сменяется кукольной анимацией, монтажные переходы могут потягаться с изобретательнейшими склейками в фильмах Пак Чхан-ука, а работа со светом и отражениями становится в один ряд с инсталляциями Джеймса Таррелла или Яёи Кусамы. Синомия делает оммаж и Акире Куросаве: известно, что легендарный режиссёр выкрашивал дождь чёрным цветом, чтобы он был видимее на плёнке. «И наступит рассвет» в очередной раз доказывает, насколько анимация раскрепощённее, богаче и удивительно реалистичнее кинематографа.
На Востоке фейерверки никогда не носили чисто развлекательную функцию. Они были частью ритуалов вроде поминовения усопших или изгнания злых духов, служили главным символом наступления летнего сезона, олицетворяли собой понятие «моно-но аварэ» — дословно «печальное очарование вещей», вызванное красотой и быстротечностью жизни. Отсюда и значение фейерверка, который так стремятся воссоздать главные герои. «Сюхари» записывается тремя кандзи, символизирующими этапы обучения: «подчиняться» (守), то есть следовать традициям, «отклоняться» (破), то есть искать новые подходы, и, наконец, «сепарироваться» (離), но не в контексте отречения от канонов, а такого состояния, когда эксперименты и традиция сливаются воедино и постигаются естественным путём. Именно по этой формуле Ёситоси Синомия и выстраивает путь своих героев, разделяя повествование на три последовательных акта.
По фильму видно, что его автор — прежде всего художник, а не режиссёр.
«И наступит рассвет» может смутить непонятным, рваным темпом повествования, довольно скомканно выстроенными отношениями между персонажами, сумасбродством изобразительного ряда. Но это тот фильм, о котором долго думаешь после просмотра, и с каждым часом он начинает обрастать всё большим значением. Потому что на самом деле «И наступит рассвет» — маленькая человеческая история, как бы совсем незначительная, но важная именно в этой своей незначительности.
