На Amazon доступны все серии сериала «Кэрри» — новой экранизации культового романа Стивена Кинга, снятой главным поклонником писателя Майком Флэнаганом. На счету режиссёра и шоураннера уже несколько проектов по текстам Кинга («Игра Джералда», «Доктор Сон» и «Жизнь Чака»), а также другие громкие экранизации пугающей классики, включая сериалы «Падение дома Ашеров» и «Призрак дома на холме». За годы в профессии Майк Флэнаган успел прославиться как успешный хоррормейкер, а потому сомневаться в качестве новой «Кэрри» сильно не приходилось. И всё же сериал сумел удивить, став главной стриминговой премьерой осени. Валерия Косенко рассказывает об особенностях адаптации.
Вряд ли кто-то всерьёз надеялся, что адаптация Флэнагана способна стать новым очагом монокультуры, объединив вокруг себя целые поколения. Однако много лет назад «Кэрри» — и именно на экране, а не на бумаге — уже становилась громким событием, быстро разросшимся до масштаба мифа. История о кровавой мести, совершённой над выпускниками затравленной школьницей со сверхспособностями, удивительным образом резонировала с реальностью, в которой пребывала Америка в момент выхода новой адаптации: сначала 70-е и крах во Вьетнаме, затем террористическая атака на башни-близнецы в начале 00-х, теперь же черёд 20-х с их школьным шутингом. «Кэрри», несмотря на универсальность кинговских тем, — очень американское произведение, плотно вошедшее в национальную мифологию.
Ровно 50 лет назад фильм Де Пальмы перевернул индустрию, побил все мыслимые рекорды по части окупаемости и многократно увеличил продажи самого романа. Майк Флэнаган, ответственный за реинкарнацию Кэрри в 2026-м, периодически оглядывается на каноничную экранизацию, но только в деталях: пару кадров Флэнаган снимает на обожаемую Де Пальмой зональную линзу, характерно фокусирующуюся на двух объектах одновременно, но главное — наследует столь же кроваво-красный финал, понимая, что без типично джалловского ужаса и эффектного монтажа (Флэнаган, к слову, начинал как монтажёр) образ утратившей над собой контроль Кэрри попросту невозможен.
На этом реверансы заканчиваются. Как умный кинематографист, неоднократно работавший с классическим первоисточником, Флэнаган создаёт собственный канон, уважительно дистанцируясь от прошлого. Как и в случае с антологией по мотивам творчества Эдгара Аллана По (готический сериал «Падение дома Ашеров») или вариацией на тему романа Ширли Джексон («Призрак дома на холме»), Флэнаган прочно утрамбовывает «Кэрри» в хоррорной оболочке, шприцуя её травмами, надломами, личностными кризисами.
Решение осовременить историю вдохнуло в и без того многослойный оригинал новые смыслы.
В свежей версии основной рычаг травли — аккаунт в социальной сети: цифровое пространство, которое сегодня невозможно контролировать, плодит угрозу для каждого, будь он жертвой буллинга или его инициатором. Теперь клевете и жестокому осмеянию подвергаются все, от учеников до учителей. Главная злодейка Крис Харгенсен (Элисон Торнтон), положившая всему начало, сама не замечает, как вскоре оказывается в положении пострадавшей. Доверчивая школьница Кэрри, брошенная на растерзание подросткам, своим появлением лишь запускает механизм масштабного цифрового террора, а потом на время и вовсе исчезает с радаров примерно на середине сезона, уступая экранное время разгневанной общественности.
Коллективное переживание травмы для Флэнагана интереснее частной мистической истории про девочку-медиума. Тонко препарируя отношения между героями, сериал иллюстрирует несколько видов социального террора. Сначала мы видим, как старшеклассницы избирают жертвой агрессии беззащитную новенькую, закидывая её тампонами в женской раздевалке. Затем на авансцену выходят отношения Кэрри с матерью, угнетающей дочь запретами и ханжеством. Следующий этап — волна хейта, накрывшая зачинщицу скандала Крис, которую Флэнаган спасает от зрительской демонизации, прописывая ей внушительный багаж травм (и вновь связанных с матерью). И, наконец, месть Кэрри, погрузившей город в кровь, огонь и хаос.
Мать в блестящем исполнении Саманты Слойан, как и прежде, выступает едва ли не главным виновником катастрофы. Её нарциссическая натура и жажда власти над умами ценой дочери ещё сильнее подчёркивают в ней настоящего злодея. Однако Флэнаган и в этом случае не позволяет скатиться в однозначную эмоцию, прокатывая зрителя на эмоциональных качелях каждый раз, когда Кэрри находит поддержку в объятиях монструозного родителя. Кажется, впервые телекинез Кэрри так отчётливо монтируется с подавленным гневом, который в момент наивысшего кризиса выплёскивается наружу галлонами человеческой крови.
Как бы амбициозно это ни звучало, главное, чего добивается Флэнаган, переписывая оригинал, — его усложнения.
В то же время шоураннер не вшивает в историю что-то, что противоречило бы Кингу, очевидно, после стольких лет совместной работы хорошо разбираясь в тонкостях. Как и «король ужасов», Флэнаган уделяет особое внимание не столько хоррорному антуражу — в «Кэрри» он сведён к редким брошенным мимоходом зловещим видениям, — сколько психологическому триллеру, сложным и амбивалентным темам, живым портретам и ярким бытовым деталям. Флэнаган лишь углубляет эту вселенную, позволяя ей органично разрастись до сериального формата, не утратив при этом очарования кинговского мира. Что отлично дополняет точнейший каст — Саммер Х. Хауэлл однозначно потеснит Сисси Спейсек — и хорошо взвешенное повествование, в духе Жан-Марка Валле вплетающее в тревожное прошлое интервью из охваченного паникой настоящего. Причин ждать масштабную адаптацию цикла «Тёмная башня» — вероятно, будущий magnum opus Майка Флэнагана — стало на одну больше.
