Тамара Ходова рассказывает про новый проект амбициозного и претенциозного Алехандро Иньярриту, который называет творческим самоубийством режиссёра, но не спешите ставить точку. Кажется, Иньярриту снял кино, которое смогло разозлить и зрителей, и критиков, но этим оно и прекрасно.
Сюжет
Диггер Роквелл (Том Круз) — стареющий нефтяник, который живёт в огромном поместье со своей умирающей кошкой. Однажды его утренние дела прерываются звонком с одного из разрабатываемых Роквеллом нефтяных месторождений в Гренландии — из морского дна вырывается метан, создающий трещины в айсбергах, и вся нефтяная станция грозит взорваться. Но Диггер не тот человек, который готов поставить многомиллиардный бизнес на паузу из-за какого-то там метана. Платформа взрывается, а от айсберга отрывается огромный кусок льда, который движется по направлению к Европе и грозит ужасной экологической катастрофой. Президент США Компсон (Джон Гудман) вместе со всей своей администрацией приезжает в поместье к Диггеру, чтобы найти решение мировому кризису.
Амбициозный и претенциозный режиссёр
«Диггер» — масштабное почти трёхчасовое полотно от одного из самых амбициозных и претенциозных режиссёров современности — четырёхкратного оскаровского лауреата Алехандро Гонсалеса Иньярриту. Режиссёр ушёл в заслуженный отпуск после триумфа «Выжившего», получившего три «Оскара», затем получил $20 миллионов от Netflix на ещё один масштабный проект, на этот раз о самом себе, Мексике, колониалистах и плохих американцах. В «Бардо» к привычному для Иньярриту мелодраматизму, помноженнему на грандиозность замысла и декораций, добавились вычурная саморефлексия и самолюбование, что не нашло отклика у зрителя. Фильм заработал чуть более $40 тысяч в прокате, а Иньярриту замолчал на долгие четыре года. «Диггер» — ещё один амбициозный, масштабный, злой и, учитывая размах и стиль режиссёра, рискованный проект, в котором мексиканец проповедует уже не о своих юношеских открытиях и творческих сомнениях, а о судьбах всего человечества.
Новая работа Иньярриту — квинтэссенция специфического режиссёрского стиля, за который его очень легко раскритиковать: самоуверенный, мегаломанский, хлещущий через край, упивающийся своим напыщенным остроумием, постоянно подмигивающий и кривляющийся.
Но на этот раз мексиканец обводит нас вокруг пальца и делает абсурдный китч неотъемлемым условием сюжета, который становится ключом к разгадке фильма. Судить о «Диггере» только по истории его главного героя — значит закрывать глаза на его главную идею. В первом акте картины происходит сюжетный поворот, меняющий нашу перспективу на происходящее, отчего бесстыдная сатира, странные режиссёрские решения в виде механической кошки и условных, нереалистичных декораций становятся абсолютно логичными.
Комедийный талант Тома Круза
Конечно, намеренный китч «Диггера» не был бы настолько вызывающ, если бы не его карикатурный главный герой. Фильм Иньярриту — первая роль Круза вне многолетней франшизной машины «Миссия невыполнима», ради которой один из самых влиятельных людей Голливуда, по сути, превратился в высоко оплачиваемого каскадёра. Решение Круза полностью посвятить себя экшен-карьере лишило нас одного из самых харизматичных актёров своего поколения, и «Диггер» является отличным тому доказательством. Диггер Роквелл с его огромной ковбойской шляпой, казаками, южным акцентом, способностью проявлять сочувствие только к полуразлагающейся старой кошке и идиотской историей про лопату, которой его дед прокопал путь к месторождению нефти, — безусловная карикатура. Однако самое интересное состоит в том, что, во-первых, даже этот сатирический портрет всё равно не дотягивает до наших сегодняшних реалий, а, во-вторых, получается до боли реалистичным благодаря недюжинному комедийному таланту Круза.
Актёр не оставляет сомнений, что такой персонаж действительно существует, хотя идея фильма состоит в том, чтобы показать его иллюзорность. Сценарий Иньярриту даёт возможность актёру расправить плечи, и Круз настолько владеет кадром, что полностью затягивает зрителя в свой мир. Несмотря на смешанную реакцию зарубежной прессы с первых показов фильма, будет удивительно, если «Диггер» не подарит Крузу ещё одну оскаровскую номинацию и, быть может, его первую победу за сорокалетнюю карьеру. Ему прекрасно подыгрывают упивающийся происходящим идиотизмом Джон Гудман, нелепый Майкл Стулбарг, чья единственная цель — подчёркивать неудачные шутки, и отличный Риз Ахмед. Хотелось бы сказать что-то про Сандру Хюллер, но её до обидного мало в кадре. Фантасмагорию и реальность объединяет плавная камера Эммануэля Любецки со столь любимыми оператором длинными планами.
Мы обречены
Иньярриту — далеко не первый режиссёр, который буквально кричит нам с экрана о плачевном положении дел и нашей неминуемой гибели. Только за последние годы можно вспомнить «Бугонию» Йоргоса Лантимоса, «Не смотрите наверх» Адама Маккея, «Битву за битвой» Пола Томаса Андерсона, «Эддингтон» Ари Астера, «Одиссею» Кристофера Нолана. Режиссёры уже даже не пытаются ударяться в метафоры и аллегории, а просто открыто говорят нам, что мы движемся прямиком к катастрофе.
Но «Диггер» не столько про неминуемую гибель из-за человеческой жадности и инертности, сколько про наше видение истории, манипуляцию фактами и роль искусства в попытке пробудить общественное сознание.
Как и когда-то Хаяо Миядзаки, который понял, что не в силах изменить мир своими работами, Иньярриту рефлексирует на тему творчества и того, чего он может им добиться.
«Диггер» — многомиллионный продакшен, созданный на деньги американской корпорации (Warner Bros.) и рассказывающий о создании произведения о могущественном миллиардере, уничтожающем мир. Режиссёр выстраивает метанарратив, когда обманутыми оказываемся не только мы, но и он сам.
У Иньярриту получается «Бёрдмен» с экоповесткой, где он уже не задаётся вопросами о природе искусства, а делает неутешительный вывод, что оно бессильно. Другое дело, что режиссёр не столь строг к себе, сколько к зрителям, которых он дубасит дубинкой по голове и просит опомниться. В этом и состоит сложность сатиры — здесь слишком легко заиграться в критику и самому стать предметом для шуток. Другое дело, что мексиканец не столько снимает сатиру, сколько её деконструирует. Вместо злободневной истории зритель получает нагоняй и злой шарж в придачу, а аудитория такое редко прощает. Своим желанием рубить правду-матку Иньярриту рискует разозлить зрителей, а самоуверенной прямолинейностью — критиков, но есть в этом грандиозном творческом самоубийстве, к которому подключился любимчик Голливуда Том Круз, что-то завораживающее.
