Историю любви Кэтрин и Хитклифа, неразлучных даже после смерти, кино осмысляло множество раз. К выходу новой гламурной экранизации «дьявольской книги» с Джейкобом Элорди и Марго Робби Мария Шиманская вспоминает лучшие экранные версии «Грозового перевала».
Содержание
«Грозовой перевал» (Wuthering Heights), реж. Уильям Уайлер, 1939
Первая экранизация «Грозового перевала» Эмили Бронте вышла в 1920-м, однако фильм не сохранился. Классической же признана версия Уильяма Уайлера 1939 года с Мерл Оберон и сэром Лоуренсом Оливье в главных ролях. Масштабная постановка золотого века Голливуда, как и многие последующие экранизации, охватывает события лишь первой части романа — историю любви Кэтрин и Хитклифа.
Уайлер, один из ведущих голливудских режиссёров, снимает большую часть фильма на натуре — на продуваемых ветром вересковых пустошах, противопоставленных роскошным декорациям. Дикая природа вторит любви героев, которые, подобно встречающимся во снах влюблённым из фильма «Питер Иббетсон» 1935-го, строят свой собственный мир — призрачный замок среди скал, сказочную грёзу.
Драма Кэтрин и Хитклифа разворачивается как противостояние бесприютного обитания на свободе и сладостного заточения в богатых интерьерах, среди танцующих пар в пышных костюмах и гуляющих по парку павлинов. Признанный мастер мизансцены, Уайлер нюансирует отношения разлучённых героев лишь взглядами в раскадровке и обеспечивает им голливудский хеппи-энд — призрачную жизнь после смерти. Эта версия «Грозового перевала» стала образцом для последующих экранизаций, а также вдохновила Кейт Буш на написание песни Wuthering Heights.
«Бездны страсти» (Abismos de pasión), реж. Луис Бунюэль, 1954
Луис Бунюэль мечтал экранизировать «Грозовой перевал» ещё в 1931 году, но смог осуществить свой замысел лишь в мексиканской эмиграции. Режиссёр начинает фильм не с детства героев, а сразу с возвращения взрослого Алехандро (местного Хитклифа), разбогатевшего за годы странствий и жаждущего мести.
Всё здесь подчиняется разрушительной страсти, сюрреалистической l'amour fou — безумной любви. Действие «Грозового перевала» переносится в сельскую Мексику, меняя туманные вересковые пустоши Йоркшира на выжженный солнцем ландшафт. Природа усиливает накал страстей, вместо викторианской сдержанности здесь открыто бушует ярость. Жаркие ночи, пыльные пески, ветряные бури, извечные дожди и тропические растения усиливаются почти барочным освещением и непрерывным звучанием вагнеровского «Тристана». Бунюэль выстраивает сюжет о страстной любви и ненависти, которые неизбежно ведут к смерти, — как у Тристана и Изольды.
«Грозовой перевал» (Wuthering Heights), реж. Роберт Фуэст, 1970
В 1970-х, после нескольких телевизионных постановок, «Грозовой перевал» возвращается на экраны. Новую версию снимает студия AIP, известная молодёжными эксплуатационными фильмами. Главное изменение касается образа Хитклифа: в первом кадре Тимоти Далтон возвышается мрачным силуэтом над свежей могилой Кэтрин. Его герой — не байронический романтик, а бунтарь и разбойник.
Версия стала заметно откровеннее за счёт подразумеваемых подтекстов. Жена Эрншо намекает на внебрачное происхождение Хитклифа, молодая нянюшка Нелли безнадёжно влюблена в Хиндли, сам Хитклиф при встрече с Изабеллой тут же предлагает разделить её любовь вне брака. Главные герои предстают дикими и необузданными подростками: носятся по роскошным йоркширским пейзажам под меланхоличную музыку Мишеля Леграна, да и годы спустя не особо скрывают свою страсть. Хитклиф убегает из чужого дома, попутно отбиваясь шпагой-кочергой, Хиндли устраивает пьяные драки на пирушках — проще говоря, 1970-е превратили «Грозовой перевал» в авантюрный роман.
«Грозовой перевал» (Hurlevent), реж. Жак Риветт, 1985
Режиссёр французской «новой волны» переносит действие в провинциальную Севенну 1930-х годов — регион уединённых ферм и скалистых пустошей. Риветт резко отзывался о голливудской версии Уайлера, обвиняя её в мелодраматизме и показной роскоши костюмов и декораций, поэтому его «Грозовой перевал» представляет полную противоположность — это холодный, аскетичный и подчёркнуто скромный фильм.
Риветт намеренно отступает от оригинала как во времени, так и в месте действия. Пышные декорации особняков сменяются скромными интерьерами — лишь поместье Линтонов свидетельствует о буржуазном благополучии. Неизменным остаётся одно: бескрайние верещатники, где воет ветер, — обитель свободы, куда юные влюблённые бегут под голоса болгарского женского хора.
За внешней скромностью скрывается виртуозная формальная работа. Длинные планы, выверенные движения камеры и мизансцены углубляют многозначительные движения персонажей — потерянных детей, которые заигрываются в жмурки и кости, не осознавая последствий. Нелёгкая будничная жизнь трижды прерывается сновидениями, таящими желания и страхи. Заставший любовников Гийом-Хиндли пытается убить врага, но застывает под взглядом покойного отца. Во сне к Катрин возвращается Рок-Хитклиф — и падает мёртвым у неё на руках. В финале одинокий Рок слышит во сне голос Катрин, которая здесь никогда не вернётся к нему призраком. При всех изменениях Риветт создал экранизацию, точнее всего передающую дух романа Бронте — со всей безжалостностью трагичного финала.
«Грозовой перевал» (Emily Brontë's Wuthering Heights), реж. Питер Козмински, 1992
В начале 1990-х Голливуд переживает новую волну интереса к экранизациям классики: вслед за «Дракулой» Фрэнсиса Форда Копполы и «Франкенштейном» Кеннета Браны на экраны выходит «Грозовой перевал» Питера Козмински. Впервые (за исключением подробных многосерийных постановок BBC) на экране показывается вся история романа — обе части и оба поколения. Фильм открывает закадровый голос Эмили Бронте, вносящий ясность в сцены из романа.
«Грозовой перевал» следует двум главным принципам костюмных драм той эпохи: фокус на центральной любовной линии, акцент на зрелищности декораций и костюмов. Йоркширские поместья масштабны, натурные сцены живописны, интерьеры роскошны. Хитклиф Рэйфа Файнса с его мрачной притягательностью здесь становится тёмным рыцарем с ясно прописанным мотивом — ярость в ответ на ярость, месть за унижение. «Грозовой перевал» предстаёт образцовой мелодрамой с пылкими признаниями и пролитыми слезами. А Жюльет Бинош и Рэйф Файнс — идеальной экранной парой, пусть и очень далёкой от образов Кэтрин и Хитклифа из романа Бронте.
«Грозовой перевал» (Wuthering Heights), реж. Коки Гидройч, 2009
В конце 2000-х британский телеканал ITV выпускает двухсерийную версию романа Бронте с Томом Харди и Шарлоттой Райли в главных ролях. История Кэтрин и Хитклифа окончательно превращается в мелодраму: несчастные возлюблённые пытаются остаться вместе вопреки социальным различиям и сплетням. Двухсерийный «Грозовой перевал» строится как длинный флешбэк и затрагивает оба поколения, а юная Кэти и Гэртон Эрншо получают отдельную любовную линию.
Хитклиф Тома Харди — герой девичьих грёз эпохи «Сумерек» и young adult романов; он непонятый и травмированный одиночка с тёмным началом, умеющий любить ту-самую-единственную, но безрассудный и обидчивый. В этой версии Хитклиф пытается забыть Кэтрин, ревнует её к мужу, даже старается пробудить в себе чувства к Изабелле, но его любовь не неземная, а человеческая, чувственная и плотская. «Грозовой перевал» 2009 года, вероятно, станет последней попыткой экранизировать роман как романтическое кино — с образцом созависимых и токсичных отношений, которые сегодня уже не кажутся романтичными. Впрочем, исполнители главных ролей Харди и Райли влюбились на съёмках и женаты до сих пор — и одержимость их персонажей друг другом не стала помехой.
«Грозовой перевал» (Wuthering Heights), реж. Андреа Арнольд, 2011
«Грозовой перевал» Андреа Арнольд с темнокожим актёром в роли Хитклифа (Джеймс Хаусон) и Каей Скоделарио в роли Кэтрин многие сочли социальным высказыванием — критики принялись искать расовую проблематику и метафоры угнетения. Но Арнольд взяла из романа Бронте совсем другое. Не социальное, но чувственное: как пахнет вереск, как ощущается шерсть, как стучит дождь. Её «Грозовой перевал» воплощает мир во всей его фактуре — ветер в зарослях, шершавость камня, грубую ткань одежды, полёт птиц, бьющиеся крылья бабочек, пыль в луче света. И тут же организует этот живительный хаос в жёсткую структуру. Фильм открывается кадром Хитклифа в комнате Кэти; он бьётся головой о стену, ветка дерева бесконечно стучит по стеклу. Сцены из детства вспышками вторгаются в повествование, прошлое врезается в будущее. Его проклятие — из раза в раз проживать воспоминания, которые для зрителя становятся фильмом.
Главным героем, рассказчиком и носителем взгляда является Хитклиф. Зритель вместе с ним не может услышать ключевую фразу Кэти — «Я и есть Хитклиф» — и лишь краем глаза застаёт её буйный припадок после последней ссоры. Кэтрин для Хитклифа не просто центр его мира, она и есть способ этот мир видеть. Расставание с ней обрывает повествование, как и чувственность персонажа — после разлуки ему больше нечего переживать. «Грозовой перевал» — история про бесконечную, невыносимую и сладостную пытку. С этим ощущением Хитклиф и умирал в романе. Андреа Арнольд воплотила всю чувственность и безжалостность Бронте, представив лучшую экранизацию «Грозового перевала».
