![](/upload/delight.webpconverter/upload/setka-editor/44d/44db5f34fd873c7fc34927058a75e368/dca8dc42bf083c2c0ef985cc55569c7b.jpg.webp?1700057629445842)
20 июля в российский прокат нагрянет режиссёрская версия богатого на ребусы фильма «Донни Дарко». Картина Ричарда Келли была впервые представлена публике больше 20 лет назад, но и по сей день зрители продолжают находить в этой подростковой сай-фай-притче что-то новое. Эта лента заставляет фанатов снова и снова погружаться в сюжет о молодых людях, стоящих на пороге армагеддона, и мы хотим понять, почему «Донни Дарко» так сильно «вставляет», что не отпускает десятилетиями.
«Через 28 дней, 6 часов, 42 минуты и 12 секунд этот мир прекратит своё существование», — сообщает 16-летнему Донни Дарко человек в инфернальном костюме двухметрового кролика. После этого инцидента юноша проснётся на улице, посреди поля для гольфа, а вернувшись домой, обнаружит, что ночью на его комнату упала турбина неопознанного самолёта. Что всё это было? Зловещее предзнаменование, страшный сон или галлюцинация сумасшедшего старшеклассника, опять забывшего принять свои таблетки?
Это была завязка «Донни Дарко» — культового фильма-головоломки Ричарда Келли, который один небезызвестный зарубежный видеоблогер охарактеризовал как «или фальшивый и несуразный, или необыкновенный и глубокий». На уровне субъективных ощущений эта лента сравнима с состоянием спросонья, когда мозг ещё не успел разграничить грёзы и реальность, а мир вокруг, казалось бы, за время сна ни на йоту не изменившийся, будто бы разобрали и собрали по новой, как конструктор, при этом после сборки остались «лишние» детали. С объективной точки зрения, «Донни Дарко» — это компоновка всех странностей и чудес американского авторского кино на рубеже веков. Это полная загадок история на манер линчевских мистерий и финчеровских триллеров, в которой рассказ о взрослении входит в симбиоз с полубредовым трипом про конец света и путешествия во времени. Как и «Твин Пикс», проект Ричарда Келли рисует будничную преисподнюю, в которой под видом обычных налогоплательщиков живут безумцы и фрики. Как и «Бойцовский клуб», «Донни Дарко» расщепляет сознание и завуалированно забредает в политический и философский дискурсы.
![](/upload/setka-editor/8e5/8e52ac2b2d0ebb1dd24b3107ec0d9a16/ae619527d65e945e71ba9be200aeedc8.webp)
Впервые «Донни Дарко» показали в январе 2001 года на «Сандэнсе», где фильм Келли затерялся на фоне конкурентов. А конкурентов на именитом кинофестивале в тот год хватало: в конкурсной программе с работой молодого режиссёра соседствовали «Фанатик» Генри Бина, «В спальне» Тодда Филда и «Мементо» Кристофера Нолана. Кстати, об авторе горячо ожидаемого «Оппенгеймера»: именно он помог Ричарду Келли, чей странный во всех отношениях фильм не снискал похвалы на «Сандэнсе» и рисковал выйти сразу в формате direct-to-video, протолкнуть «Донни Дарко» в американские кинотеатры. Нолан, в то время постановщик крайне востребованный, мнению которого доверяли, вместе с продюсером «Мементо» убедили представителей кинокомпании Newmarket Films в том, что не от мира сего полотно за авторством Келли — это та лента, которая войдёт в историю.
Нолан не прогадал, но есть нюанс.
Кинотеатральный релиз фильма Келли — в итоге финансово провальный — случился в конце октября 2001 года. Кроме не самого грамотного маркетинга и вопиющей инаковости «Донни Дарко» на размер бокс-офиса в той или иной степени повлиял и теракт 11 сентября: тогда многие картины «не дособирали», так как страна находилась в трауре, и многим людям было банально не до новинок проката. Поголовное обожание «Донни Дарко» было впервые зафиксировано весной 2002-го, когда фильм вышел на DVD и видеокассетах и по миру разлетелась молва о загадочной американской ленте, которую не так-то просто раскусить. Сарафанное радио поспособствовало тому, что «Донни Дарко» начали выкупать прокатчики и за пределами США. Растёт фан-база, а вместе с ней расширяется и спектр всевозможных фанатских теорий, к появлению которых склонял крайне запутанный сюжет фильма.
В 2004 году Ричард Келли выпустил режиссёрскую версию «Донни Дарко», а также организовал ре-релиз фильма на домашних носителях. Почти 20 минут дополнительных сцен, вырезанных из дебютной кинотеатральной редакции, помогли зрителям лучше вникнуть в запутанные правила, по которым живёт вселенная «Донни Дарко», как и комментарии режиссёра, тоже присутствовавшие на дисках, на которых были напечатаны слова Director’s Cut.
Фильм о нестабильном школьнике, что становится предвестником апокалипсиса в декорациях заката рейгановского правления, вдохновлён, во-первых, подростковыми воспоминаниями Ричарда Келли, чья юность пришлась на 1980-е, и, во-вторых, вычитанной им в детстве газетной заметкой о том, как кусок льда с крыла пассажирского самолёта свалился на жилой дом и пробил кровать, в которой в тот момент чудом не оказалось маленького ребёнка. Эту цепляющую историю Келли пронёс с собой через всё обучение в киношколе, не без помощи этой истории переборол «страх белого листа» и всего за четыре недели написал сценарий «Донни Дарко», разбавляя всякое сверхъестественное бытовыми артефактами давно закончившегося детства.
Дальнейший путь фильма от стадии первой задумки вплоть до фестивальной премьеры — это путь упорства, удачи и самую малость — блата. Продюсер одного из коротких метров выпускника Келли использовал сценарий как подспорье для того, чтобы с молодым режиссёром подписала контракт топовая голливудская агентская фирма Creative Artists Agency. В 2000 году сценарий, облетевший множество студий и успевший зарасти плесенью, ибо от чересчур своеобразного «Донни Дарко» не пахло большими деньгами, попал в руки актрисы Дрю Бэрримор и её подруги Нэнси Джувонен, вместе с которой они открыли собственную кинокомпанию Flower Films в середине 90-х. Обе оценили «Донни Дарко» по достоинству и решили, что именно их студия экранизирует эту ни на что не похожую помесь научной фантастики и ненаучного абсурда. Соглашение о производстве фильма Келли и Бэрримор заключили в трейлере актрисы, где она обитала во время съёмок «Ангелов Чарли», после чего «Донни Дарко» отправился в разработку.
![](/upload/delight.webpconverter/upload/setka-editor/2b2/2b2e7ec0a17a9b635d26441738699d93/c827d43b049fed86431bb446b0df980b.jpeg.webp?170005763171306)
«Донни Дарко» — это нагромождение вопросительных знаков, и фанаты продолжают повторно считывать и по новой интерпретировать фильм до сих пор, даже несмотря на то что на большинство возникающих по ходу сюжета вопросов режиссёр либо ответил напрямую, либо расписал все необходимые инструкции и раздал публике ключи к пониманию своего творения (речь не только о выпуске расширенного издания, но и о создании ныне недоступного веб-сайта, посвящённого загадкам фильма). Такие произведения, как «Донни Дарко», потому и становятся культовыми и обретают вторую жизнь после «прокатных похорон», что в них интересно копаться, расхлёбывая незначительные детали и выискивая абсолютно новые коннотации миллионы раз обмусоленного сценария. Скажем больше: такие картины раскрывают своё нутро только перед внимательным, в какой-то степени фанатичным зрителем, готовым, словно одержимый сложным делом детектив, раз за разом проводить ревизию увиденного и услышанного.
Но если отбросить строительство теорий и бег с препятствиями по козьим тропам укрытых смыслов, если абстрагироваться от мелькающих как бы вскользь намёков на житие Христа, суждений о природе пространства и времени по Стивену Хокингу, о президентской гонке Дукакиса и Буша, если не обращать внимания на нумерологию, сценарные пазлы и не вчитываться в строки вымышленной энциклопедии бытия, что вмонтирована в кадры режиссёрской версии, то «Донни Дарко» всё равно останется идеальным образчиком фильма-путеводителя по взрослению в эпоху перемен.
![](/upload/delight.webpconverter/upload/setka-editor/e97/e97d0dc8bdcb5dc5d6ae62550ed1a66c/b419903a0e2ba3ef9fc62705b90b8e5e.jpg.webp?170005763161742)
В этом снятом молодым режиссёром мультижанровом проекте воспоминания прошлого, вызовы настоящего и сказки о квантово-запутанном будущем перекликаются одновременно и с хоррорной динамикой, и с подростковой комедией с вайбами молодёжных фильмов Джона Хьюза (в которых отдельные диалоги будто бы написаны авторами «Американского пирога»), и с сюрреалистичной путаницей в стиле Дэвида Линча. А ещё «Донни Дарко» близок к мироощущению современных инди-драмеди о подростковой поре, где взрослеющие дети ведут себя хоть и мерзко, но зато по-настоящему: матерятся, курят, бухают, познают азы любви с одноклассницами, подкалывают одних учителей и жалеют об увольнении их более прогрессивных молодых коллег, обсуждают сексуальные предпочтения смурфиков после уроков и вваливаются в кинотеатр смотреть «Зловещих мертвецов» Сэма Рэйми.
«Донни Дарко» спонтанно собрал на съёмочной площадке будущих звёзд в лице Мэгги и Джейка Джилленхол, Джены Мэлоун и Сета Рогена, а также более опытных Дрю Бэрримор, Патрика Суэйзи, Мэри МакДоннелл и Кэтрин Росс.
«Донни Дарко» спонтанно обрёл культ, члены которого и по сей день на повторе переслушивают The Killing Moon группы Echo & the Bunnymen, параллельно перечитывая старые интервью Ричарда Келли в поисках истины.
«Донни Дарко» спонтанно стал своеобразным духовным компаньоном для детей, переживших то время и ту конъюнктуру, когда взрослые оказались не в состоянии помочь своим отпрыскам уловить стремительное движение новой реальности и ответить на самые важные вопросы.
«Донни Дарко» — это спонтанный шедевр, в котором на самом деле не так уж и много спонтанности, зато очень много жизни, одновременно пугающей и восхитительной. Такой, что порой надо быть шизиком, чтобы получать от неё удовольствие.